Нуар фильм

Чаще всего под «нуаром» подразумевают голливудские криминальные драмы 1940–50-х годов. Для этих фильмов был характерен пессимистический настрой, а их главные герои, как правило циники, олицетворяли американское общество времен Второй мировой и холодной войн.
Однако ранее, в 1920-е годы, в США нуаром называли разновидность криминального романа. В основе жанра лежали накаленный сюжет и грубая манера повествования. Главным героем нуар-романа всегда была жертва, подозреваемый или преступник.
Само слово «нуар» произошло от французского noir — «черный». Впервые термин film noir (буквально — «черный фильм») появился в 1946 году во Франции. Так местные кинокритики обозначили новое направление в американском кино. Главным цветом таких фильмов был черный: его оттенков в film noir было больше, чем в любых других черно-белых картинах.
Режиссеры фильмов нуар уделяли большое внимание психологическому состоянию героев: сомнениям, фобиям, внутренним монологам. Эти элементы жанра одним из первых использовал австрийский режиссер Фриц Ланг в драматическом триллере 1931 года «М. Город ищет убийцу», основанном на реальном деле маньяка-убийцы из Дюссельдорфа.
В 1940-х годах нуар стал самым востребованным киножанром. Нуарной классикой стал фильм американского режиссера Джона Хьюстона «Мальтийский сокол» по одноименному детективному роману Дэшила Хэммета. Главного героя, частного детектива Сэма Спейда, сыграл голливудский актер Хамфри Богарт.
Еще одним классиком нуара считается американский режиссер Билли Уайлдер — автор комедий «В джазе только девушки», «Сабрина» и «Зуд седьмого года». Его карьера началась именно с драматических фильмов в жанре нуар: «Потерянный уик-энд» 1945 года, «Сансет-бульвар» 1950 года, «Туз в рукаве» 1951 года.
В России же первые попытки снять фильм в этом жанре предприняли Андрей Тарковский и Александр Гордон в короткометражке 1956 года «Убийцы». Другим примером советского нуара можно считать «Случай из следственной практики» Леонида Аграновича.
Последний классический нуар, «Печать зла», снял в 1958 году американский режиссер Орсон Уэллс. Однако эта эстетика продолжает вдохновлять режиссеров на создание мрачных картин и в наши дни. Фильмы «Сиротский Бруклин», «Закатать в асфальт», «Под Сильвер-Лэйк», «Город грехов» а также сериалы «Настоящий детектив» и «Фарго» можно отнести к неонуару.

Василий Владимирский, 22 февраля 2019, 14:49 — REGNUM Ночной мегаполис залит дождем. Гостиничный номер, освещенный только мерцающим неоном рекламы сквозь жалюзи, тонет в глубоких тенях. Усталый мужчина в мягкой шляпе и длинном плаще сжимает в руке пистолет. Красавица-блондинка с хищным профилем нервно курит тонкую сигарету… Такую — или почти такую — сцену мы можем встретить почти в каждом классическом кинонуаре. Это визуальный маркер, ключевой паттерн, повторенный тысячи раз, намертво въевшийся в сознание зрителя. Гораздо сложнее выразить, что такое нуар, словами — четко, доходчиво, однозначно. То есть понятно, что это американские криминальные фильмы, появившиеся во французском прокате после 1945 года: именно им парижские кинокритики (прежде всего Нино Франк) и дали собирательное название «film noir». Но где лежит граница между нуаром и гангстерской сагой или полицейским боевиком, как эволюционировало направление, что такое неонуар — на эти вопросы с кондачка не ответишь.

Андрей Васильченко
Андрей Васильченко «Пули, кровь и блондинки. История нуара»
5rim.ru

«Слово стало неимоверно популярно, — пишет в предисловии к этой книге Андрей Васильченко, — но в то же время весьма загадочно, так как никто толком не может объяснить, что же оно на самом деле означает».

Утверждение спорное: кое-кто, конечно, может. В США, Франции, Британии, Германии изданы десятки обстоятельных монографий и популярных справочников по нуару, да и у нас профессиональный киновед или опытный синефил без труда опознает такую картину — просто в силу общей эрудиции и, что называется, насмотренности. Но сам термин давно ушел в народ, из четкого определения превратился в украшающий эпитет, который чаще используют для выражения смутных ощущений — так же, как прилагательные «киберпанковский», «готичный», «культовый»: нуарный фильм, нуарная книга, нуарный комикс, нуарная компьютерная игра, «атмосфера нуара», «элементы нуара»… Пора бы уже расставить точки над «ё», но профессионалы хранят таинственное молчание. И раз уж наши киноведы не спешат прояснить суть явления, эту просветительскую миссию пришлось взять на себя историку Андрею Васильченко, автору книги «Пули, кровь и блондинки».

Так что же такое нуар? Когда речь заходит о таком многогранном явлении, ограничиться универсальной «формулой жанра» не получится — даже если говорить только и исключительно о кинематографе. Андрей Васильченко выбирает другую стратегию: он перечислят главные определяющие черты, делающие нуар нуаром — и на первый взгляд список обязательных ингредиентов не так уж сложен.

Главные герои
Главные герои
Цитата из к/ф «Убийцы», реж. Роберт Сиодмак. 1946. США

Нуар — это криминальная драма. Не обязательно детектив: часто мы знаем преступника с первых кадров фильма, порой повествование ведется от его лица, но криминальная интрига, преступление, которое только готовится или произошло в прошлом, остается центральным сюжетным стержнем, главным двигателем повествования.

Нуар — городской жанр: если картины сельской жизни и появляются на экране, то только для контраста, чтобы оттенить, подчеркнуть главное. Город с его запутанными улицами и безликими гостиницами, барами и автостоянками, железнодорожными вокзалами и доками служит обязательным фоном, создает атмосферу, а иногда и становится полноценным героем картины — это обязательное условие игры.

Нуар — преимущественно «ночное» кино. День тут — пустое время суток, бессмысленное и бессодержательное: при свете солнца зрителю не за что зацепиться взглядом, режиссеру не о чем рассказывать. Ключевые события почти всегда происходят под покровом ночи, в сумерках, а то и в полном мраке, разрываемом лишь вспышками выстрелов, когда все кошки серы, врага не отличить от друга, сыщика — от убийцы, а героя — от чудовища.

Наконец, центральными персонажами нуара обычно становятся люди строго определенного склада: герои с сомнительной моралью, шаткими принципами, живущие на самой грани закона или готовые ее вот-вот преступить. Продажные копы, неудачливые мошенники и частные детективы, роковые красотки, одержимые темными страстями любовники, клерки, решившие поправить финансовое положение нетрадиционным способом и вляпавшиеся по полной. Фаталисты, давно махнувшие на себя рукой, страдающие болезненным любопытством или повышенной тревожностью, люди со спутанными мотивациями, одновременно преступники и жертвы — неоднозначные, нуверенные, неопределившиеся.

Вроде бы не так все сложно, не бином Ньютона. Но это лишь на первый взгляд. Даже образцовый кинонуар 1940−1950-х успел пройти несколько этапов становления: менялись режиссерские подходы, соотношение элементов, символическое наполнение, зрительские интерпретации. С появлением неонуара канон начал размываться еще стремительнее. Например, игра со светом и тенью перестала быть обязательным атрибутом — хотя Риддли Скотт в «Бегущем по лезвию» или Роберт Родригес в «Городе грехов» работали с этим типом спецэффектов изобретательно и свободно, а Алекс Пройас в «Темном городе» с его изломанным, неевклидовым, изменчивым пространством и вовсе напрямую обратился к наследию немецких экспрессионистов.

Главные герои
Главные герои
Цитата из к/ф «Бегущий по лезвию», реж. Ридли Скотт. 1982. США

Андрей Васильченко раскрывает нюансы подробно, с многочисленными отступлениями и ссылками на западные исследования. Он говорит об истории и философии нуара, о героях и героинях, о роли света и тени, о городских ландшафтах, о неонуаре и пародиях на нуар, даже о нуарных (или, как пишет автор, «нуаровских») компьютерных играх. Разумеется, у Васильченко есть свои предпочтения и свои слепые пятна: например, он посвящает отдельные главы «Городу грехов» и «Бегущему по лезвию бритвы», зато Альфреда Хичкока упоминает только мельком, в ряду других — хотя многие картины великого режиссера отвечают требованиям, предъявляемым к нуару, чуть менее чем полностью.

Ложка дегтя в бочку елея: «Истории нуара» не помешал бы литературный редактор, да и фактчекинг был бы не лишним. За пределами выбранной темы Васильченко чувствует себя, скажем так, не очень уверенно. Он то путает клонов и андроидов, то называет работы Фрэнка Миллера «графическими новеллами», а то вдруг сообщает: «Отнюдь не случайно, что в самой нуарной адаптации похождений «летучей мыши» режиссер Кристофер Нолан сделал главного героя «Темным рыцарем». Еще бы случайно: это одно из традиционных прозвищ Бэтмена — этапный для индустрии комикс того же Миллера, изданный в 1986 году, например, прямо так и назывался: «The Dark Knight Returns».

Но это, в общем, детали. Главная цель этой книги — определить границы явления, расставить акценты и рассказать, наконец, где начинается нуар и где заканчивается. Может быть, не исчерпывающе, но достаточно детально, чтобы у читателей впредь не возникало искушения использовать это слово по поводу и без повода. И свою основную задачу Андрей Васильченко выполнил вполне успешно.

Не сомневаюсь, что это знание нам еще пригодится.

Потому что нуар, родившийся в грозовых 1940-х, как ни удивительно, и не думает умирать.

Летят годы, а дождь все так же идет над мегаполисом.

Тусклый свет рекламы льется сквозь жалюзи.

Красотка курит.

Мужчина в мягкой шляпе сжимает пистолет.

Читайте ранее в этом сюжете: Релятивизм Кристофера Приста

Этот текст стоит начать с покаяния: из-за журналистской страсти высказываться ярче, громче и быстрее вокруг «Настоящего детектива» сложился ложный культ. Первый эпизод сериала обещал начало прекрасной дружбы, и ошарашенные критики и блогеры, недолго думая, выдали ему щедрый аванс. Кого-то очаровал зной южной готики, кого-то — серая мораль неонуара. Эрудированного зрителя подкупили метатекстуальность, постоянные переклички с фильмами Финчера, графическими новеллами Мура, книгами Чамберса и философией комического ужаса Лавкрафта. Уникальным образом в «Настоящем детективе» переплелись сразу две драмы. Одна — производственная: с бесконечными допросами, разъездами по пыльным местам преступлений, изматывающей рутинной работой и сложными профессиональными отношениями героев. Вторая — мистическая: с галлюцинациями, теорией заговора, нелинейной хронологией, богоборчеством и постоянными намеками на то, что вот-вот, подождите, начнется новый «Твин Пикс».

"Настоящий детектив"«Настоящий детектив»

Но аванс был потрачен на съемки уже вошедшей в историю ТВ шестиминутной экшн-сцены, а финал «Настоящего детектива», мягко говоря, некредитоспособен. Герой-экзистенциалист оказался зацикленным на себе болтуном. Тщательно выстроенная религиозная философия стала фасадом для мелких делишек самого обыкновенного свойства. В этой обыденной и реалистичной концовке — и сила, и слабость «Настоящего детектива». С одной стороны, такая развязка честнее, чем короткая объяснительная записка какого-нибудь «Остаться в живых». С другой стороны, реализм — не всегда то, ради чего включаешь ТВ.

В любом случае «Настоящий детектив» уже улетел, и его обещание вернуться немногого стоит. Во-первых, ждать нового сезона предстоит минимум год. Во-вторых, Мэтью Макконахи и Вуди Харрельсона в нем уже не будет. Однако стоит разобрать его на части, и выясняется, что прямо сейчас на ТВ показывают как минимум дюжину близких по духу сериалов.

"Мост"«Мост»

Южной готикой — без болотных испарений Луизианы, зато с желтым маревом Техаса — дышит сериал «Мост» («The Bridge»,2013 г.), американский ремейк известного датско-шведского триллера. На этот раз загадочные убийства происходят на границе США и Мексики, так что общий язык приходится находить жизнелюбивому и веселому (даром что после вазэктомии) ветерану мексиканской полиции (Демиан Бишир) и асоциальной, но в то же время пассионарной американке (Дайан Крюгер). Кроме южного колорита и сильных актерских работ сериал не привносит во франшизу «Мост» ничего нового, но и этого достаточно, чтобы прилипнуть к экрану.

Почти одновременно вышла франко-британская версия шоу — «Тоннель» («The Tunnel», 2013 г.) с англичанином Стивеном Диллэйном (Станнис Баратеон из «Игры престолов») и француженкой Клеманс Поэзи. Там конфликт начинается под Ла-Маншем и вырастает в гораздо более любопытную и широкую историю.

"Те, кто убивают"«Те, кто убивают»

Совсем недавно из Старого Света в Новый перебрался еще один скандинавский сериал — «Те, кто убивает» («Those Who Kill», март 2014 г.). Оригинальное шоу 2011 года не снискало особого успеха в Дании, зато открыло для иностранных зрителей красивых актеров Лауру Бах (которая могла бы победить на конкурсе девушек с татуировкой дракона) и Ларса Миккельсена (теперь он злодей из «Шерлока», а его брат Мадс — и вовсе молодой Ганнибал Лектер). В американском ремейке Бах заменила отважная актриса Хлое Севиньи — муза Джармуша, фон Триера, Херцога и Галло. В «Тех, кто убивает» она стеснена клише (девушка-детектив и психолог-консультант ищут маньяков), но ее игра все равно завораживает. Представьте что-то среднее между Джиллиан Андерсон из «Секретных материалов» и Кейт Бланшетт из «Жасмин» — и получите Севиньи. Увы, кроме нее, в сериале любоваться нечем, да и будущее его под вопросом. На днях канал A&E временно снял шоу с эфира из-за низких рейтингов второго эпизода.

"Крах"«Крах»

Зато дело детектива-загадки Даны Скалли, хрупкой женщины с умом сильного мужчины, нашло свое продолжение в Великобритании и Новой Зеландии. В английском «Крахе» («The Fall», 2013 г.) Джиллиан Андерсон играет следовательницу по особым делам из Лондона, командированную на поиски белфастского маньяка. Ирландская урбанистическая депрессия в этом промозглом триллере ничуть не уступает американской южной готике, а искомый убийца оказывается гораздо более сложной натурой, чем Король-в-Желтом из «Настоящего детектива».

"Вершина озера"«Вершина озера»

Еще больше парализующего волю ужаса источает сериал «Вершина озера» («Top of the Lake», 2013 г.) — совместный проект новозеландского UKTV, британского BBC и хваленого американского Sundance. Пасторальные пейзажи «Хоббита» здесь превращаются чуть ли не в Арканар — мрачное и мерзкое место, где опускаются руки и люди. Педофилы здесь насилуют школьниц, реднеки травят первых попавшихся подозреваемых, а деревенские бандиты терроризируют секту, состоящую из несчастных полубезумных женщин. Погружение в безумие Раста Коула из «Настоящего детектива» на фоне психологических переломов главной героини «Вершины озера» порой кажется безопасным плаванием на мелководье. Ситуацию усугубляет и то, что режиссер Джейн Кэмпион с помощью сериала, похоже, решила свести счеты со всем мужским миром. Поскольку сделать это можно, только продемонстрировав превосходство в силе, «Вершина озера» кое в чем даже радикальнее, чем «Груз-200».

"Красная дорога" «Красная дорога»

Другая недавняя премьера Sundance, «Красная дорога» («The Red Road», февраль 2014 г.), едва ли повторит успех Кэмпион, даром что здесь есть и свое зловещее озеро, и открытый «Игрой престолов» актер Джейсон Момоа, и любимец русских критиков Джеймс Грей («Маленькая Одесса») в режиссерском кресле. Сериал соревнуется скорее с «Банши», чем с «Настоящим детективом»: на первом плане в нем не расследования, а холодная война за власть в непростом городе. С одной стороны — шериф с темным прошлым, с другой — целое индейское племя с метящим в вожди уголовником. Буквально через реку — цивилизованный Нью-Йорк, но местная глушь голосом Повелителя мух диктует героям первобытные правила игры. К сожалению, «Красная дорога» — не такая пружинистая история, какой она представляется в некоторых рецензиях. Здесь есть узнаваемая эстетика Sundance, но нет детективного нерва. Однако северо-восток США начинает создавать свой противовес южноамериканской готике, и рано или поздно это принесет свои плоды.

HinterlandHinterland

Другие недавние триллеры с экзотической географией — «Hinterland», «Shetland» и «Wallander». Действие первого происходит в Уэльсе, в связи с чем небритые герои в вязаных шапочках большую часть времени носятся с фонариками во ржи. Где рожь, там и пропасть, и детективы вместе с преступниками падают в нее, чертыхаясь сразу на двух языках — валлийском и английском. Авторы решили обойтись без дубляжа и заставляли актеров играть каждую сцену дважды. Для нашего зрителя идеальный вариант — смотреть сериал на валлийском с английскими субтитрами: так можно и вникнуть в историю, и сохранить туристическую дистанцию. Британские критики пишут, что сюжеты «Hinterland» переплетены с островным фольклором, так что впору вводить термин «этнодетектив». В конце концов, полдесятка скандинавских нуаров давно ждут национального самоопределения.

ShetlandShetland

В марте 2013 года похожий аттракцион открылся в Шотландии. Действие сериала «Shetland», как и следует из названия, происходит на Шетлендских островах — территории с могучим драматургическим потенциалом. Во-первых, архипелаг — подходящая площадка для идеальной изоляции героев методом «Десяти негритят». Во-вторых, во время войны местные моряки перебрасывали в оккупированную Норвегию диверсантов и оборудование, а обратно вывозили беженцев, среди которых, согласно городским легендам, вполне могли быть и фашистские агенты. В-третьих, Шетлендские острова известны своими карнавалами и фестивалями, а значит, место преступления в любой момент готово превратиться в жизнерадостный хаос. После успешного показа двух эпизодов прошлой весной был доснят полноценный сезон, стартовавший 11 марта.

WallanderWallander

Прямо сейчас снимается четвертый сезон сериала «Wallander», начавшегося еще в 2008 году. Это единственное шоу в обзоре, способное выставить против Раста Коула / Мэтью Макконахи из «Настоящего детектива» равносильную трагическую фигуру: шведского инспектора Курта Валландера играет британец Кеннет Брана — Макбет, Генрих V, Гамлет и имперсонатор Вуди Аллена в «Знаменитости» (тоже вполне себе шекспировская роль). «Wallander» — напряженная психологическая драма, но в то же время это скорее процедурный детектив, чем неонуар, поэтому путешествия в сердце тьмы от него ждать не стоит. Премьера четвертого сезона должна состояться через год.

"Убийство на пляже"«Убийство на пляже»

Тогда же выйдет вторая часть «Убийства на пляже» («Broadchurch») — хитроумного британского детектива с Дэвидом Теннантом (актер из консилиума «Докторов Кто»), который по ходу расследования становится апологетом человеконенавистничества. На глазах у зрителя маленький курортный город Бродчерч, парализованный смертью ребенка, превращается в настоящий серпентарий. Это не нуар и не совсем хроника охоты, но героя многое роднит с Растом Коулом — он тоже слишком ясно видит изъяны человеческой души и постоянно желает ослепнуть.

"Низкое зимнее солнце"«Низкое зимнее солнце»

Настоящий неонуар можно найти разве что в прошлогоднем сериале «Низкое зимнее солнце» («Low Winter Sun»). В отличие от оригинала (двухсерийного британского телефильма), действие происходит в депрессивном Детройте. Это настоящее криминальное чтиво о двух коррумпированных копах, убивших третьего и решивших сделать вид, что все в порядке. Сохранять хорошую мину при плохой игре им с каждой серией все сложнее. В одном багажнике с коллегой-утопленником обнаруживается посторонний труп. На хвост садится отдел внутренних расследований. Местные гангстеры кое-что разнюхивают и пытаются запугать героев. Число привидений в Детройте, который и сам город-призрак, с каждым эпизодом растет. В «Низком зимнем солнце», в отличие от мужского мира «Настоящего детектива», есть важный для нуара архетип девушки в беде, красоты, постоянно ускользающей из рук героя. Здесь ее зовут Катей, она никогда не появляется в кадре и все время пребывает в агрегатном состоянии кота Шредингера: то ли жива, то ли мертва. Точно известно лишь то, что главный герой был с ней по-настоящему счастлив. Играет его фактурный британский актер Марк Стронг.

"Босх"«Босх»

Гигант электронной коммерции Amazon, с прошлого года занявшийся онлайн-сериалами, в феврале выпустил пилот собственного «Настоящего детектива» — и назвал его ни много ни мало «Босхом» («Bosch»). Расследования Иеронима Босха, сына голливудской проститутки, ценившей нидерландскую живопись, описаны в семнадцати романах Майкла Коннели. После убийства матери Гарри попал в приют, где регулярно подвергался насилию, оттуда угодил во Вьетнам, где служил туннельной крысой, после чего стал полицейским в родном Лос-Анджелесе. Сериал пока, увы, оставляет все эти эпизоды биографии героя за скобками, концентрируясь на расследованиях Босха. Трогательный момент: угрюмый коп регулярно стреляет в подозреваемых, поэтому местные либералы то и дело хотят упрятать его за решетку. Но он непотопляем, как Грязный Гарри. И остр на язык, как Паркер, икона нуара (как-то раз этого культового проходимца сыграл Мел Гибсон).

"Лютер"«Лютер»

Другого нуар-героя на протяжении трех сезонов лелеяли авторы британского сериала «Лютер» («Luther»,2010 г.). Жестокий, проницательный и все время выходящий за рамки протокола следователь в исполнении Идриса Эльбы, увы, оказался слишком падок на фантастические дела в духе Шерлока Холмса, поэтому с мрачным реализмом «Настоящего детектива» ему не по пути. Но интеллектуальных головоломок и мрачных страшилок в «Лютере» предостаточно. Месяц назад Александр Цекало, учредитель продюсерской компании «Среда», объявил о начале работ над российском ремейком. Кто станет преемником чернокожего Эльбы, неизвестно, но уже утверждено, что звать героя будут Климом.

Этих сериалов должно хватить, чтобы заменить «Настоящего детектива». Но если утрата кажется невосполнимой, то, возможно, над своей одержимостью стоит как следует посмеяться. Повод представится через месяц, когда на канале FX выйдет сериал «Фарго» («Fargo») по мотивам криминальной комедии Джоэла Коэна. Братья на этот раз выступают в качестве продюсеров, сериал заявлен как драма, вместо гениальной Фрэнсис Макдорманд в главной роли обтекаемый Билли Боб Торнтон, но на втором плане маячит Мартин Фримен, он же Джон Ватсон и Бильбо Бэггинс. А значит, будет очень смешно.

Понравился материал? Помоги сайту!

Подписывайтесь на наши обновления

Лента наших текущих обновлений в Яндекс.Дзен

RSS-поток новостей COLTA.RU

При поддержке Немецкого культурного центра им. Гете, Фонда имени Генриха Бёлля, фонда Михаила Прохорова и других партнеров.

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *